kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Categories:

Души прекрасныя порывы

После того, как баба Юля
подвешивал на тонкошеих церковных вождей
подарочны – золотого массиву –
панагийки
и после этого
ещё предолго оглашал
своим муторно угрозливым зыком
совершенно казённого антуражу
трафаретну поздравлялку,
владыка Марк,
превозмогая свою природну брезгливость,
как всегда, в смутной для него
и непривычной интонации
виновато лыбился,
так что со стороны казалось,
что ему о чём-то вдруг
таинственно взгрустнулось.
Сегодня наконец-то свершилось чаемое,
к чему он с напористостью танка
бычьелобно всё толкал и
нерешительного мямлю – Лавра,
и впадавший временами
в заячий ремиз
Синод.
По понедельникам, средам и пятницам
синодалы были категорически за соединение,
по вторникам, четвергам, субботам – радикально против.
И приходилось то и дело
вытаскивать из загашника
солёненький компроматец,
чтобы эти трусливы задницы приструнить
и снова выстругивать их
стройным рядком из
кургузых околышков.
Давно он уже знал, что Церковь –
это вовсе и не народ даже,
и тем паче не попы,
и вся эта постреволюционная околесица
про соборность и выборность
не более как масоньерская провокация,
и что в любом попе,
а тем паче "ебискупе",
доминирующим началом
всегда был и остается
страх.
Стадо надо пасти:
где кнутом, а где пряником,
калёным железом выжигая,
в том числе и из синодалов,
даже намёк на какую-либо
"самодеятельность".
С младых студиозных лет
будущий архиепископ,
почислив поначалу
из "Филокаллии"
алгоритм спасения
и ревностно устремившись
штурмовать небеса,
тем самым набрёл и
на закон стремительной карьеры.
Аскетнога инока,
по завету старцев Фиваидских
наглядно спавшего на приступке,
в пост сидевшаго
на одних токмо просфорах,
ревнителя "полного уставу" и
огненаго краснож...паненавистника,
заприметили
и вскорости и поставили во архиреи
за его серафимное
"стояние в истине".
Престарелы владыки
не могли не нарадоваться преемнику:
тот ведь и у себя в епархии
спал прямо на полу за дверью,
вычитывая полный круг
совместно с Литургией,
и, как ни странно, никогда
от этого
не уставая и даже не утомляясь.
Своим машинным благочестием
он смог переморозить
не одну сотню монасей и попов,
каковые, как тараканы,
под любым предлогом и
разбегались от его
набожных молитвословий.
Впрочем, ему можно было
в любое время суток
позвонить и плакаться битый час
про подосланного попа-наёмника.
Он и сам попов брезгливо только терпел,
понимая, что это "гавно в проруби"
всегда можно было запужать
и поставить на место.
И чем он сам громче
риторично артикулировал "стояние в истине",
тем всё больше Зарубежна церковь
казалась ему замшелыми и
обернутыми в кокон паутины
мехами,
откудова всё вино
давненько уже и повытекло.
Приходы, похожие больше
на русские клубы,
с затхлым душком сплетен
и предавнишней друг к другу
плохо скрываемой
бабской неприязнью,
но где только и можно было показаться
в новых платьях, туфлях, шляпках и мехах.
Семинария –
с зубрёжом, долбёжом и ковырянием в носу –
всегда казалась ему
прегнусной пародией
как на образование,
так и на сам монастырский уклад.
И выпускало всё каких-то краснорожих
и похожих на коровье вымя
"органчиков".
А среди владык, особенно "молодёжи",
всё какие-то гопники –
любители рокн-рола
и нигер-джазовой попсы.
И в какой-то момент он
вдруг испытал приступ
уже настоящего,
почти предсмертного
удушья –
оно его окутывало,
словно паутинный кокон,
а сам клир и народец
казались пауками,
от каких,
как в ночном кошмаре,
приходилось отбиваться
и, превозмогая себя,
всё давить их
и давить...
Tags: Марк Арндт, Погибель богов, РПЦЗ, Ювеналий Поярков
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments